Лирика трубадуров и труверов

К XI—XII вв. господствующий класс западноевропейского феодального общества уже окончательно сложился и получил сословное оформление. Рыцарство превращается в своеобразную сословную организацию военно-феодальной знати со своим неписаным уставом, своими обычаями и правилами поведения, своими идеалами сословной чести и доблести. Рыцарь должен быть мужественным, справедливым, правдивым, щедрым; он должен защищать церковь, бороться с «неверными», хранить верность своему сюзерену, служить опорой слабых и беззащитных (женщин, вдов и сирот). Эти требования к идеальному рыцарю должны были идеологически обосновать сословно-иерархический принцип феодального общества и «освятить» право рыцаря на господствующее положение в этом обществе. Существенная роль в создании этого приподнятого над жизнью идеала принадлежала рыцарской поэзии XII—XIII вв. Чаще всего, однако, идеальные рыцарские черты находились в самом резком противоречии с действительной социальной практикой средневекового феодала — «предательских убийств, отравлений, коварных интриг и всяческих низостей, какие только можно вообразить, всего того, что скрывалось за поэтическим именем рыцарства..,»

В наиболее зрелой и законченной форме рыцарская литература развилась во Франции, этой «классической», по выражению Энгельса, стране западноевропейского феодализма, во многих случаях послужив затем образцом для такой же литературы в других европейских странах.

Это было время первоначального подъема городов, и рыцарство, соприкасаясь с верхушкой городского общества, частично приобщается и к умственным течениям, развивающимся в городах.

Для Франции XII век — эпоха расцвета схоластической учености. В 1200 г. основывается Парижский университет, становящийся крупнейшим европейским центром обучения. Наряду с богословской «наукой» здесь уже намечаются ростки светской образованности и, в частности, усиленно изучаются Аристотель и латинские авторы — Вергилий, Овидий, Гораций, Цицерон, Лукан. Составители нескольких поэтик, созданных в этом веке на латинском языке во Франции и Англии, призывают писателей подражать древним. Параллельно расцветает новолатинская поэзия вагантов, или голиардов, отличающаяся вольнодумством и откровенно прославляющая чувственные наслаждения (см. о ней ниже, глава 14, § 1).

В вопросах религии наблюдается сильное брожение мысли. Одна за другой возникают ереси, которые в большинстве своем носят демократический и оппозиционный характер. Важнейшие из них — ереси вальденсов и катаров, или альбигойцев, как их называли на юге Франции по имени города Альби, сделавшегося главным их центром,— отрицали церковную иерархию и проявляли уравнительные тенденции; они отвергали бессмертие души, силу молитв и таинств.

Религиозное вольномыслие проникает даже в школы того времени. Наиболее известным примером свободомыслия является философия Абеляра (1079—1142), боровшегося с так называемым «реализмом» (доктриной о «реальном» существовании «общих идей» и понятий), преклонявшегося перед античной философией, стремившегося к подлинному знанию. Возникают первые нецерковные школы, где преподавание оплачивается самими учащимися и, следовательно, ведется более свободно, без обычного жесткого контроля со стороны духовных властей. К концу века большое распространение получает аверроизм. Так называлась научно-философская система ученейшего испанского араба Ибн-Рошда (в латинизованной форме — Аверроэса), который, опираясь на материалистические элементы учения Аристотеля, отрицал существование загробной жизни и то, что мир создан богом, а учил, что материя вечна и мир управляется естественными законами. Французские аверроисты подвергались со стороны духовных властей жестоким гонениям вплоть до пожизненного заключения или сожжения. Включаясь в зарождающиеся товарно-денежные отношения, рыцарство приобщается и к достижениям материальной культуры, которые в основном определялись ростом городов и развитием товарного производства. Существенную роль сыграли при этом усилившаяся торговля и знакомство с культурой мусульманского Востока, вынесенное отчасти из крестовых походов (1096 — 1270). Прямой контакт западноевропейского рыцарства с народами Востока расширил его умственный кругозор, познакомив с целым миром новых жизненных форм и понятий, поэтических сказаний, с продуктами более сложной и тонкой культуры. [96]

В обстановке и под влиянием всех этих умственных приобретений рыцарство культурно растет и перестраивается. Оно сохраняет свою классовую природу со всеми ее типическими чертами; феодальные войны и грабежи по-прежнему остаются основным его занятием, его быт и нравы сохраняют свою первоначальную грубость и жестокость. Но наряду с этим в передовых кругах рыцарства формируется некий морально-эстетический идеал, и намечаются ростки светской культуры. Возникают пышные дворы, где приняты хорошие манеры, красивые наряды, занятия музыкой и поэзией. Наряду с любовью к роскоши и стремлением всячески приукрасить жизнь культивируется щедрость, которая отныне считается обязательным признаком рыцарского «благородства» и выливается нередко в формы безудержного мотовства. Если раньше щедрость была чем-то дополнительным к рыцарской доблести, то теперь она становится первостепенной добродетелью, и в рыцарской поэзии XII в. мы встречаем целый ряд «прений» на тему о том, что более украшает рыцаря — доблесть или щедрость.

Но щедрость в таком понимании — лишь один из элементов нового рыцарского кодекса «благородства», покрывающегося одним общим понятием — куртуазия (от французского слова cour — «двор»). Рыцарь должен быть не только смелым, верным и щедрым, — он должен также быть учтивым, изящным, привлекательным в обществе, уметь тонко и нежно чувствовать. В программу воспитания молодого рыцаря входит обучение не только военному делу и охоте, но и разным светским играм, искусству играть на музыкальных инструментах, танцевать, петь, слагать стихи, ухаживать за дамами. К героическому идеалу присоединяется другой идеал — эстетический. Впервые возникает нечто вроде салонной культуры. При дворах феодалов образуются светские кружки, в которых первую роль играет хозяйка дома.

В связи с этой новой ориентацией на светские увеселения и эстетизацию жизни пробуждается интерес к интимным вопросам личности, к проблемам чувства. Вырабатывается своего рода метафизика любви, возникает поклонение женщине, идеализация возвышенного любовного чувства. Подобные идеи вместе с поэзией соответствующего характера культивируются при дворах целого ряда владетельных дам, на службе у которых состоят певцы и поэты, прославляющие и развлекающие своим искусством собравшееся в замке общество. Правда, любовная философия и поэзия, процветавшие в этих кругах, главным образом — салонная забава, в очень слабой степени отражавшая подлинные любовные отношения. Тем не менее это пробудившееся внимание к интимной жизни человека, к земной радости и красоте представляет определенный шаг в сторону реалистического восприятия жизни, знаменуя первые проблески психологического анализа.

  
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: