Лопе де Вега и Устройство сцены публичных театров

Во второй половине XVI в., ко времени выступления Лопе де Вега, окончательно оформляется техника и организация театрального дела в Испании. Раньше спектакли устраивались в селах — на примитивных помостах из нескольких досок, водружаемых на открытом воздухе, в городах — во дворах частных или общественных зданий, причем сцена представляла собой подмостки, упирающиеся в один из узких боков двора, а зрители размещались в свободном пространстве двора, а отчасти на тянувшихся вдоль него галереях здания. Теперь по образцу таких дворов в Мадриде и в других больших городах стали сооружаться театральные здания (первое из них было выстроено в 1574 г.).

Устройство сцены таких публичных театров было очень примитивным. Переднего занавеса не было, декорации и машинные приспособления были очень скудные, но костюмы отличались пышностью и живописностью. Гораздо лучше был оборудован развившийся немного позднее (после смерти Филиппа II, не любившего театральных зрелищ) придворный театр. В публичных театрах крыши не было, и спектакли в них ввиду отсутствия искусственного освещения происходили днем. Актерское исполнение отличалось темпераментностью, и зрительный зал бурно реагировал на него. В спектакле господствовали яркие краски, страстные интонации, резкие движения и стремительные темпы. Большое место в нем занимали танцы, вставные интермедии, в комических сценах — свободная актерская импровизация. Спектакль имел сложную структуру. Перед основной пьесой и после окончания ее исполнялись танцы, песни, маленькие фарсы под музыку, а между актами («хорнадами») пьесы вставлялись интермедии. По своему стилю такое театральное оформление вполне гармонировало с общим характером драматургии Лопе де Вега — яркой, динамичной, близкой народному зрителю. В этих же условиях развивается и творчество его продолжателей. [429]

Из них первое место принадлежит Габриэлю Тельесу, писавшему под псевдонимом Тирсо де Молина (Gabriel Téllez ― Tirso de Molina, 1571 — 1648), крупнейшему драматургу всей этой группы и ревностному последователю Лопе де Вега. Тирсо де Молина был монахом и историографом своего ордена. Это не мешало ему наряду с чисто религиозными пьесами писать очень жизнерадостные и веселые комедии, навлекавшие на него преследования со стороны духовного начальства. Ему принадлежит около 400 пьес различного рода, из которых до нас дошло 80 с небольшим.

Творчество Тирсо де Молины отличается такой же противоречивостью, как и творчество Лопе де Вега. Новым по сравнению с драматургией этого последнего является создание Тирсо де Молиной жанра религиозно-философских драм, подготовляющих появление такого же рода пьес Кальдерона.

К этой группе относится самая знаменитая из написанных Тирсо де Молиной пьес — «Севильский озорник». Это первая известная нам литературная обработка легенды о Дон-Жуане, послужившая источником для всех дальнейших обработок этого сюжета — Мольером, Мериме, Пушкиным, А. К. Толстым и другими. Легенда эта фольклорного происхождения: в основе ее лежит рассказ о смельчаке, пригласившем к себе на ужин статую покойника и поплатившемся за это жизнью. Тирсо де Молина связал с этим рассказом характерный для Возрождения тип бессовестного соблазнителя женщин и а мора листа.

Дон Хуан (такова испанская форма этого имени), желая путем обмана насладиться любовью доньи Анны, невесты своего друга, приходит под видом его на свидание к ней и сталкивается с ее отцом, командором, которого убивает. Соблазнив до этого и после этого еще ряд других женщин самого различного общественного положения — герцогиню, рыбачку, пастушку, он издевательски приглашает к себе на ужин статую убитого им командора и, приняв ее ответное приглашение, идет в церковь, где похоронен командор, и там погибает, проваливаясь в преисподнюю.

Герой Тирсо де Молины еще очень примитивен. Он овладевает женщинами не благодаря своему личному очарованию (как Дон-Жуан у Мольера, Пушкина и других), а более грубыми средствами: аристократками — путем обмана, простолюдинками — обещанием жениться и сделать свою избранницу знатной дамой. Зато он подкупает своей жизнерадостностью, энергией и необыкновенной смелостью, которую автор, — хотя по существу он и осуждает своего героя, — изображает в самых привлекательных красках. [430]

После прихода статуи, еще весь облитый холодным потом, дон Хуан быстро овладевает собой и говорит: «Все это лишь игра воображения. Долой глупый страх!.. Мне ль, кому тела живые, одаренные душой, силой и умом, не страшны,— мне ль бояться мертвецов? Завтра я пойду в часовню, раз туда я приглашен,— пусть дивится вся Севилья на бесстрашный подвиг мой!» Вместе с тем дон Хуан отнюдь не безбожник. Он только думает, что еще успеет «исправиться», а пока что хочет насладиться жизнью.

На увещания своего слуги Каталинона (прототип мольеровского Сганареля и пушкинского Лепорелло) и всех окружающих, напоминающих ему о загробной жизни, он беспечно отвечает: «Долгий срок вы мне даете!» Но смерть застает его врасплох. В последнее мгновение он кричит статуе: «Я хочу позвать священника, чтоб он отпустил мои грехи!» — и умирает, не успев покаяться. Вместе с тем образ дон Хуана содержит ряд положительных черт, и сам автор отчасти любуется им: его исключительной силой, мужеством и упоением жизнью.

Наряду с этими пьесами Тирсо де Молине принадлежит множество комедий, полных самых веселых и остроумных вымыслов. Как мастер интриги, он нисколько не уступает Лопе де Вега, а в отношении разработки характеров нередко превосходит его.

Особенно удаются ему женские образы, почти заслоняющие мужские в ряде его пьес. Его героини отличаются большой страстностью, редкой энергией и предприимчивостью, изобретательностью, умением отстаивать свои права и бороться за свое счастье. Такова донья Хуана в комедии «Дон Хиль Зеленые штаны»: переодевшись мужчиной, она уходит из родного дома с целью заставить жениться на себе человека, которого она полюбила; это ей удается после ряда приключений, одно из которых заключается в том, что она влюбляет в себя свою соперницу. Некоторые критики считают эту пьесу самой мастерской комедией интриги во всей испанской и даже европейской драматургии.

Очень известна также пьеса «Благочестивая Марта», героиня которой не менее энергично борется за свое чувство. Это превосходная апология права девушек свободно распоряжаться своим сердцем, направленная против принципа суровой отцовской опеки и браков по расчету, устраиваемых родителями. Автор едко высмеивает здесь ханжество, заставляя героиню, ради успеха в ее любовных делах, прикидываться святошей.

Такая разнохарактерность и сложность творчества Тирсо де Молины показательна для противоречивости идеалов самых передовых и одаренных испанцев эпохи.

Из других драматургов этой школы выделяется Хуан Руис де Аларкон (Juan Ruiz de Alarcón, 1580 — 1639), мексиканец родом, учившийся и служивший в Испании. Аларкон тщательнее, чем другие драматурги эпохи, обрабатывал свои произведения. Этим отчасти объясняется сравнительно небольшое количество написанных им пьес — всего лишь около тридцати. [431]

В творчестве Аларкона уже намечается переход от комедии интриги к комедии характеров, которые он значительно углубляет и гораздо больше отделывает, чем Лопе де Вега. Вместе с тем для его пьес характерна сдержанность фантазии, строгость композиции, некоторая сухость образов и языка, а также отчетливая моральная тенденция. В ряде своих комедий он даст прочувствованное изображение благородных чувств — дружбы, великодушия и т. п.

Из исторических, или «героических», пьес Аларкона наиболее известен «Ткач из Сеговии» (в двух частях). Это история благородного дворянина дона Фернандо, отец которого был осужден королем на смерть по ложному доносу. Дон Фернандо спасается под видом ткача, затем делается разбойником, помогает королю в борьбе с маврами и в конце концов мирится с королем, убедившимся в его невинности. Для Аларкона характерно отсутствие преклонения перед особой короля и даже некоторая критика королевской власти. Пьеса обладает целым рядом живописных сцен и поэтических моментов.

Самая знаменитая комедия Аларкона — «Сомнительная правда», послужившая источником «Лгуна» Корнеля и также одноименной пьесы Гольдони. Это в такой же мере комедия интриги, как и комедия характеров.

Влюбленный молодой дворянин, любитель и мастер приврать, лжет своему умному и доброму отцу, чтобы выпутаться из затруднительного положения, в то время как ему принесла бы гораздо больше пользы правдивость. Одна ложь влечет за собой другую, и в конце концов лгуну перестают верить даже тогда, когда он говорит правду, в результате чего любимая девушка достается другому, и он вынужден прошв воли жениться на ее подруге.

Из последователей Лопе де Вега еще заслуживает упоминания Гильен де Кастро (Guillen de Castro, 1569 — 1631), часто бравший свои сюжеты из народных романсов. Для него характерны живость воображения, пылкость и красочность, а вместе с тем пристрастие к изображению очень драматических положений, бурных чувств и фантастических авантюр. Образцом всего этого может служить его «Юность Сида», сюжет которой основан не на старой «Поэме о Сиде», а на народных романсах о нем.

Пьеса эта, обладающая большими поэтическими достоинствами, пользуется известностью, между прочим, и потому, что она послужила прямым источником для «Сида» Корнеля, который в отношении сюжета и обрисовки главных персонажей близко следует Гильену де Кастро.

  
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: